Юрий Башмет: «У меня очень мало нот, которыми я доволен»

Накануне концерта Свердловская филармония провела встречу со знаменитым на весь мир альтистом под названием «Кофе с гостем». В самом ее начале Башмет пошутил:

- Часа три у нас есть.

И даже об увеличении количества фестивалей музыкант говорил не совсем серьезно.

Башмет рассказал, что фестивали, которые проводит сам, нравятся ему больше тех, где он - приглашенный участник.

- Сейчас будете смеяться. Собственные фестивали, несмотря на все сложности, мне нравятся больше, поскольку на них просто дольше находишься на одном месте. Чемоданы не нужно собирать, и не надо просыпаться в 7 утра, потому что в 8 - уже выезд. На собственном фестивале такого не бывает. Так, на свой фестиваль на Эльбе, который проходил со 2 по 12 сентября, я приехал за два дня. Целых две недели на одном месте!

Собственных фестивалей у Башмета немало - пять: в Сочи, Ярославле, Хабаровске, «Декабрьские вечера» в Москве и фестиваль на острове Эльба. И все они уникальные - не повторяются ни по программам, ни по идее.

- Я очень люблю свои фестивали. Хотя это обременительно - искать средства, договариваться с коллегами. Я не могу обсуждать финансовую сторону с моими коллегами. Это смешно и неловко...

Екатеринбург одним из первых городов предложил Юрию Башмету абонемент в течение сезона. Он должен выступить в столице Урала в разных ипостасях: с Уральским филармоническим оркестром, с "Солистами Москвы" и в уникальном камерном проекте, который проходил в рамках Евразийского фестиваля.

Буквально за несколько часов до концерта в Екатеринбурге Башмет рассказал, что «пиратство» - очень сложная для него тема.

- С развитием новых технологий все происходит гораздо быстрее, нежели то, что потом можно будет уложить в законы. Так что не беспокойтесь, пиратские записи все равно будут впереди. Я это говорю достаточно осознанно, поскольку имею непосредственное отношение к структурам, которые должны за этим следить. Я вице-президент такой структуры Никиты Михалкова - как раз по вопросам, касающимся музыки. Но я не понимаю, как можно за всем этим уследить.

- Главное, чтобы нам удалось опровергнуть высказывание Давида Федоровича Ойстраха, который сказал: «Запись - это документ, который с годами становится обличительным!». Мне очень нравится это его высказывание, потому что до сегодняшнего дня у меня очень мало каких-то нот (я не говорю о целых произведениях), которыми я доволен, и считаю, что это должно остаться в истории. Я сейчас совершенно не выпендриваюсь. Действительно, таких нот еще мало. И неизвестно будут ли. Может, будут. Дай Бог!

Даже рассказывая о «пиратских» записях, Башмет вспомнил смешную историю.

- Помню, лет 10 назад во Франции в каком-то провинциальном, но культурном городе после концерта меня попросили подписать диск. И вдруг я увидел, что на нем запись, которую я никогда не делал, пиратская. Но диск покупали. Такое часто можно встретить. Я спросил этих людей, где они ее взяли. Мне ответили, прямо в концертном зале, в киоске. Я побежал и тут же купил. Там оказались два дуэта Моцарта для скрипки и альта. А исполняем мы со Спиваковым. Мы никогда это не записывали, но, конечно же, играли на концерте. Я послушал запись. Там есть такое место, где альт переходит в чистый аккомпанемент (Башмет начинает петь – ред.): «Та-ра-ри-ра». А через пустой такт вступает скрипка: «Там-парарам-пампам-пам». Там всего один такт должен быть. А в записи звучит так (Башмет, пропевает эту фразу очень сильно замедляя, а потом ускоряясь - прим. Ред.): «Тааа-рааа-риии-рааа». То есть два такта с бешеным замедлением и возвратом к прежнему темпу. Я вспомнил, что все это было в Большом зале консерватории. Вова тогда сделал шаг к пульту, перевернул страницу, вернулся, а она медленно перевернулась обратно. Я увидел это и естественно заиграл медленно-медленно: «тааа-рааа-риии-рааа». Он опять ее перевернул. Люди, которые это купили, могли подумать, что кто-то из нас чокнулся, ведь это нельзя рассматривать как какую-то особенную трактовку - просто на такт больше, причем, с какой-то странной задержкой.

С другой стороны, я думаю сегодня: а где тот Вова и где тот я, с тем качеством? Там звенит каждый аккорд! В смысле качества все это на уровне Бородинского квартета. Где сейчас эта парочка? Я не говорю сейчас о каких-то музыкальных задачах. Но в этом смысле время уже ушло. И поэтому я бы хотел с радостью встретить того, кто сделал эту запись. Ну и черт с ним, с этим тактом!

А что нам делать с пиратством, я не знаю. Есть какие-то вещи, которым я рад, что они записаны. Бывают, конечно, и невероятные ляпы. Был бы какой-то контроль, но одно другое исключает. Если это «пиратская» запись, то человек, который ее делает, не придет к исполнителю.

Башмет рассказал курьезную историю и о премиях.

- Зачем нужны какие-то громкие премии? «Оскары» в кино. Кому это нужно? Зачем музыкантам нужны «Грэмми» или «Диапазон B». Чтобы о нас лишний раз мощно на весь передали CNN, и мы стали еще более известными. А зачем нужно быть известными? Чтобы публика знала и приходила на концерты. Впрочем, она и так ходит. Вспоминаю, как когда-то давно в Мюнхене мы шли с Рихтером и его супругой. Навстречу нам немецкая семья - муж, жена и ребенок. Мужчина что-то сказал дочке, они приблизились к нам и он обратился к Рихтеру: «Можно у вас попросить автограф?». Тот сказал: «Конечно». Рихтер поставил автограф. Я повернулся и услышал, что дочка спросила у папы: «А кто это?». И папа ответил: «Не знаю. Артист какой-то». Просто Рихтер нес это в себе - такая выдающаяся личность! И немец, хотя и не знал, кто это, но решил, что автограф взять надо. А вообще слушатель идет не на звание «народного артиста». Он идет на имя.