Смехов читал стихи и ходил в музей иконы

Вечер Вениамина Смехова в Екатеринбурге проходил в заполненном до предела зале филармонии.

-Мы забили в Интернете имя «Атос» и попросили подыскать синоним, - обратился к публике ведущий вечера. - Всемирная Сеть тут же выдала ближайшую ассоциацию: Вениамин Смехов. Атос – Смехов: эти имена неразлучны с того момента, как начали свое победное шествие по телевизионным экранам «Три мушкетера».

- Правильнее будет так, - уточнил Смехов, - Три мушкетера и один Боярский. Миша в то время жил в седле: ел, спал, все делал в седле.

И народный рассказал несколько историй, связанных со знаковой для россиян картиной. Ее успех обеспечил правильно подобранный режиссером Юрием Хилькевичем актерский состав - Табаков, Фрейндлих, Терехова, Дуров и, конечно же, Боярский. Съемки проходили на Одесской киностудии и во Львове.

Львов – это почти Париж

- Кинематографическое руководство посчитало, что Львов - это почти что Париж, - пояснил Вениамин Борисович. – В общем, Львов оказался даже больше похож на Париж, чем сам Париж на себя. Мы едем по Парижу – вокруг милиция нас охраняет. В то время я работал графом, мы снимали эпизод, когда наша четверка скачет галопом на камеру оператора. У меня была белая лошадь, мы с развевающимися перьями красиво неслись на камеру. Но потом, что называется, лошадку понесло…

Вениамин Смехов в филармонии еще час раздавал автографы.

Миша Боярский закричал Смехову в след: «Атос, это же не галоп, это – аллюр!». Атосу-Смехову было сложно на ходу разобраться в этом вопросе, да и лошадь в силу возраста видимо, забыла, как и что называется. Боярский своим криком ее совсем запутал, в общем, она поскакала, не обращая внимания на другие важные вопли, отражающие полезную информацию. Она не слышала, что съемка закончилась, и всем спасибо.

-А мы все летим, уже как будто Украина позади, скоро Белоруссия, Польша, а визы же нет, а тут овраг, и я потянул на себя. Лошадь взяла «свечку», а я ушел «в спячку», - вспоминал народный.

В общем-то, для Смехова это достаточно дежурная история, которую он любит вспоминать на встречах со зрителями. Вениамин Борисович каждый раз окрашивает ее в новые оригинальные цвета. Увы, продолжения новых похождений мушкетеров, зритель теперь не дождется.

-Очень жаль, что так рано ушел из жизни наш незаменимый мушкетер и товарищ Игорь Старыгин, сыгравший Арамиса. Его супруга просила вспомнить о нем, когда буду в Екатеринбурге.

Съемкам во Львове, и вообще, мушкетерской дружбе в кадре и за кадром, Смехов посвятил собственное стихотворение. Стихов было в тот вечер много – и Пригова, и Маяковского и Бродского и Пушкина и Высоцкого и Окуджавы…

Пил чай, и говорил о Маяковском

Сейчас актер московского Театра на Таганке Вениамин Смехов все реже появляется на сцене родного театра. Он преподает в США и работает как режиссер в театрах Германии, Чехии и Израиля. Как только Смехов оказался в Екатеринбурге, он сразу же отправился в музей иконы. Евгений Ройзман написал об этом визите в своем блоге:

-Я сидел в музее, писал. И вдруг вместе с женой Галиной приходит Вениамин Смехов! Очень внимательно посмотрел иконы, расспросил обо всем. Человек очень светлый, приятный и знающий собеседник.

Как только Смехов оказался в Екатеринбурге, он сразу же отправился в музей иконы.

Смехов выпил чаю, и разговор о Высоцком довольно быстро повернул на Маяковского. О стихах, о Лиле Брик разговаривали более часа. Смехов рассказал, что некоторые документы о смерти Маяковского стали известны только в 2005-м году (такие, как донесения агентов от 18 апреля). Народный артист в этом вопросе разбирается на уровне профессионального исследователя, у него набирается целая серия спектаклей, посвященных судьбе Владимира Маяковского и Лили Брик. В общем, разговор в екатеринбургском музее иконы продолжился и на следующий день, после концерта в филармонии.